Пахомий Серб \(Логофет\)

Пахомий Серб \(Логофет\)
Пахомий Серб (Логофет) (ум. после 1484) – составитель и. редактор ряда житий, похвальных слов, служб и канонов, переводчик и писец. С Афона в звании иеромонаха в возрасте не моложе тридцати лет П. прибыл в Новгород при новгородском архиепископе Евфимии II (1429–1458 гг.). Сохранилась рукопись с творениями «священно-инока Пахомия Логофета» (ГПБ, Соф. собр., № 191, пергаменная Минея на ноябрь месяц), датированная 1438 г., значит, он прибыл в Новгород до 1438 г. В Новгороде П. пробыл по нач. 40-х гг. В этот период своей деятельности по поручению архиепископа Евфимия II он создал комплекс произведений, посвященных Варлааму Хутынскому, – новую редакцию Жития Варлаама Хутынского, похвальное слово и службу, а также похвальное слово и службу празднику Знамения Богородицы в Новгороде в 1170 г. (похвальное слово издано в кн. В. Яблонского). Кроме того, возможно, в это время он записал Повесть о путешествии новгородского архиепископа Иоанна на бесе в Иерусалим. В 1440–1443 гг. П. поселился в Троице-Сергиевой лавре и прожил там до 1459 г. В это время он работал над Житиями Сергия Радонежского и Никона, Алексея митрополита, а также посвятил им похвальные слова и службы. В 1459–1461 гг., в начале архиепископства Ионы (1459–1470 гг.), П. был во второй раз в Новгороде. По заказу Ионы он дополнял свои старые произведения и писал новые, в частности Житие прежнего своего заказчика, новгородского архиепископа Евфимия II, Похвальное слово на Покров Богородицм (издано в ВМЧ), службу Антонию Печерскому. В кон. 1461 – нач. 1462 г. П. ушел из Новгорода в Москву, откуда по поручению великого князя Василия II Васильевича (ум. в 1462 г.) и митрополита Феодосия (1461–1464 гг.), значит, еще в 1462 г., отправился в Кирилло-Белозерский монастырь, чтобы собрать там материалы для Жития Кирилла, основателя этого монастыря. В 1463 г. П. вернулся, по-видимому, в Троице-Сергиеву лавру, не между 1464 и 1470 гг. вновь должен был быть в Новгороде, где по поручению архиепископа Ионы написал или отредактировал Житие Саввы Вишерского и создал службу святому Онуфрию, которому был посвящен храм в Отней пустыни, месте пострижения Ионы. В 1472 г. великий князь Иван III и митрополит Филипп I в связи с перенесением мощей митрополита Петра по причине перестройки Московского Успенского собора повелели «Пахомию Сербину, мниху Сергиева монастыря», «канон принесению мощем учинити и слове доспети», и он написал «слово» и два канона (изданы В. Яблонским). «А в слове том написа, – говорит Летопись Софийская II, – яко в теле обрели чюдотворца неверия ради людскаго, занеже кой толко не в теле лежит, тот у них не свят...». Так как в 1474 г. новый Успенский собор рухнул, в 1479 г., при следующей его перестройке, состоялось новое перенесение мощей Петра, по поводу которого тоже – возможно, тем же П. – были написаны похвальные слова. Не позже 1473 г. П. создал свою редакцию Жития князя Михаила Черниговского и боярина Федора (см. Сказание о убиении... князя Михаила Черниговского...). В 1473 г. в Москве по просьбе пермского епископа Филофея (1472–1501 гг.) П. составил канон Стефану Пермскому. После этого он по крайней мере еще раз побывал в Новгороде и написал там Жития Иоанна (хотя в данном случае есть сомнения в его авторстве) и Моисея (не ранее 1484 г.), новгородских архиепископов. Вскоре затем он умер. Всего перу П. принадлежат десять или одиннадцать житий (Варлаама Хутынского, Сергия Радонежского, Никона Радонежского, митрополита Алексея, Кирилла Белозерского, Михаила Черниговского и боярина Федора, Саввы Вишерского, новгородских архиепископов Евфимия II, Моисея и, возможно, Иоанна и Ионы, причем некоторые из них не в одной редакции), ряд похвальных слов и сказаний (на обретение мощей митрополита Алексея, на перенесение мощей митрополита Петра, на Покров Богородицы, празднику Знамения Богородицы в Новгороде, Варлааму Хутынскому, Сергию Радонежскому, Клименту Римскому, о гибели Батыя), четырнадцать служб (Варлааму Хутынскому, Знамению Богоматери в Новгороде, Сергию Радонежскому, Никону Радонежскому, митрополиту Алексею, Евфимию Новгородскому, Антонию Печерскому, Кириллу Белозерскому, Савве Вишерскому, митрополиту Ионе, Михаилу Черниговскому и боярину Федору, Стефану Пермскому, на перенесение мощей митрополита Петра, Димитрию Прилуцкому) и двадцать один канон (Варлааму Хутынскому, Покрову, Знамению, Сергию Радонежскому, Никону Радонежскому, митрополиту Алексею, Евфимию Новгородскому, Антонию Печерскому, Савве Вишерскому, Михаилу Черниговскому и боярину Федору (2 канона), Кириллу Белозерскому (2 канона), на перенесение мощей митрополита Петра (2 канона), Стефану Пермскому (2 канона), Евфимию Новгородскому, Петру и Февронии, московскому митрополиту Ионе, русским святым, а сверх этого, может быть, преподобному Онуфрию и пророку Илии). Службы и каноны П. изданы в служебной минее. Судя по количеству произведений, П. – один из плодовитейших писателей Древней Руси. Он был писателем, профессионально работавшим на заказ и получавшим за свою работу плату (он об этом пишет сам). Составляя по заказу жития, слова и службы с канонами, П. имел в виду главным образом практические – церковно-служебные цели. Он хорошо владел стилем славянской богослужебной литературы и не видел ничего предосудительного в заимствованиях из чужих произведений (как то: Слово на обновление храма великомученика Георгия Аркадия Кипрского, Похвальное слово Клименту Римскому епископа Климента, жития Афанасия и Петра Афонских, сочинения Григория Цамблака и митрополита Киприана), в повторениях самого себя (во вступлениях к ряду житий), в создании своих редакций – путем небольшой переработки (сокращения одних мест и расширения других), мозаичного соединения или просто дополнений предисловием и заключением чужих произведений. Но при этом он пользовался и устными источниками, и некоторые его жития (например, Кирилла Белозерского) созданы почти исключительно на основании записанных им рассказов современников-очевидцев. Прозаические произведения П. строятся обычно по четкой схеме: предисловие, основная часть и заключение. В предисловиях говорится о важности прославления праздников или святых, о трудности для человека этого дела и об извиняющих автора в этом его начинании обстоятельствах. Основная часть членится на ряд эпизодов (если это Житие, речь начинается, как правило, с родителей святого), прерывается разговорами и размышлениями действующих лиц, наставительными авторскими замечаниями и похвальными восклицаниями, иногда довольно пространными, и завершается цепочкой рассказов о чудесах. В повествовании о событиях язык П. прост, ясен и деловит. Опираясь на большое количество устных преданий и предшествующих письменных произведений, жития П. богаты легендарным историко-литературным и историческим материалом и потому представляют большой интерес как для историков литературы, так и для собственно историков. Новым элементом, привнесенным П. в русскую агиографию, (по оценке Г. Орлова) является пейзаж, оцениваемый автором эстетически. Он замечает и красоту монастырей (например, в Житии Кирилла Белозерского говорит о Ферапонтовом монастыре: «...и есть монастырь на месте том зело красен...»). Но, разумеется, это ни в коей мере не сказывается на жанровой природе этих произведений: они не становятся от этого ни беллетристическими новеллами, ни биографиями тех, о ком в них идет речь, но остаются вполне житиями, т. е. рассказами о проявлениях вечного во времени. В риторических вступлениях, отступлениях, похвалах и т. п. язык П. искусственно усложнен, витиеват и приближается к стилю гимнографической литературы – стихир, канонов и акафистов (со стилем акафистов, в частности, его роднят многочисленные хайретизмы, т. е. обращения, к прославляемым лицам, начинающиеся словом «радуйся»). В некоторых богослужебных произведениях П., до сих пор мало исследованных, встречается, по образцу византийской гимнографии, акростих, хотя и несколько своеобразный, образуемый не только первыми буквами, но также и слогами и целыми словами и распространяющийся не на все произведение, но лишь на его часть, на 7-ю, 8-ю и 9-ю песни канонов. Так, в службе Антонию Печерскому первые слова и слоги в тропарях этих песен составляют фразу: «Повелением святейшаго архиепископа Великаго Новаграда владыки Ионы благодарное сие пение принесеся Антонию Печерскому рукою многогрешнаго Пахомия иже от Святыя Горы», а в канонах Стефану Пермскому начальные слова, слоги и буквы тех же тропарей позволяют прочесть: «Повелением владыки Филофея епископа рукою многогрешнаго и непотребнаго раба Пахомия Сербина». К Житию Варлаама Хутынского, чтимого в Новгороде основателя монастыря (ум. 1193 г.), П. обращался неоднократно, начиная с первого своего приезда в Новгород. Как сообщает он сам в тексте Жития, он написал его по рассказам тамошних старцев, получив от владыки Евфимия повеление «приити во обитель святаго тамо своима ушима елышати бывшаа и бывающая чудеса от раки богоносного отца». Но наряду с устными рассказами П. использовал текст письменного произведения – 2-й редакции Жития Варлаама, опирающейся, в свою очередь, на краткую проложную, существовавшую, по крайней мере, с 1-й четв. XIV в. От первоначальной краткой редакции 2-я отличается добавлением ряда чудес и очевидной зависимостью двух ее мест от принадлежащей Епифанию Премудрому редакции Жития Сергия Радонежского (по причине этой зависимости Н. С. Тихонравов считал, что автором 2-й редакции был сам П.). П. предварил текст 2-й редакции своим вступлением, подверг его незначительной стилистической – «риторически украшающей» – обработке и тоже дополнил рассказами о чудесах. Впоследствии по инициативе архиепископа Ионы это произведение было еще дополнено рассказом о чудесном воскресении у гроба Варлаама в 1460 г. постельничего московского великого князя Григория Тумгана. Дополнение было сделано также на основании уже существовавшего письменного произведения, принадлежавшего московскому митрополичьему дьяку Родиону Кожуху. Допускают (Л. А. Дмитриев), что П. принадлежит также вставка в Житие рассказа о спасении Варлаамом на новгородском мосту осужденного на казнь преступника и об отказе его спасти от смерти невинно осужденного. По мнению других исследователей (В. О. Ключевский, В. Яблонский), этот рассказ является позднейшим наслоением. В более поздней так называемой Распространенной редакции Жития сочинение II. пополнилось новым большим рядом эпизодов, среди которых наряду с позднейшими чудесами у раки святого есть и такие, датировка которых указывает на их современность П. Во-первых, это рассказ о вскрытии гробницы с останками Варлаама архиепископом Евфимием II в 1440 г. (как о свидетеле этого события там говорится о иподьяконе Иоанне Караимане, умершем в глубокой старости в 1526 г.). И во-вторых, это эпизод с «чюдом о великом князе Иване Васильевиче всея Руси», захотевшем в 1471 г. вскрыть гроб Варлаама: когда княжеское повеление начали выполнять, из гробницы пошли дым и огонь, и затем огонь стал появляться в тех местах, где великий князь касался своим жезлом земли, так что, бросив жезл, князь в страхе ушел из монастыря. Если в чуде с постельничим Григорием можно было (как считает Л. А. Дмитриев) видеть своего рода свидетельство благосклонного к москвичам отношения Варлаама, то чудо 1471 г., вне сомнений, должно было свидетельствовать о противоположном. Ясно, что запись о нем была сделана в Новгороде, и скорее всего до утраты им самостоятельности. Житие Варлаама Хутынского дошло до нас в большом числе списков, из которых древнейший (ГБЛ, собр. Пискарева, № 131) датируется кон. XV – нач. XVI в. Похвальное слово Варлааму Хутынскому, по мнению В. О. Ключевского, было написано П. после 1460 г.; на взгляд же В. Яблонского – не позднее 1438 г.; Л. А. Дмитриев допускает даже, что оно было сочинено П. ранее его редакции Жития с целью дополнения уже существовавшей 2-й редакции. В связи с вопросом о датировке Похвального слова заслуживает внимания тот факт, что в его заглавии перед указанием автора отмечено: «в нем же имат нечто на иудея», а в тексте содержится негодующее обращение к «иудею», который «печалует» и «разпыхается», видя «нас», поклоняющихся мощам святого. Если считать, что это было написано до 1438 г., следует думать, что имеются в виду еретики-стригольники, если же после 1460 г., то – «жидовская мудрствующие» еретики-новгородцы. Слово содержит также обращение к Варлааму как к «твердому основанию отечеству своему» с просьбой сохранять его и дальше. В этом возможно видеть намек на угрозу свободе города. Работая над Житием Сергия Радонежского, П. также использовал существующее произведение – Житие, написанное Епифанием Премудрым в 1417–1418 гг. Целью осуществленной П. переработки была приспособление Жития к литургическим нуждам и пополнение его чудесами, случившимися после открытия мощей Сергия в 1422 г. По сравнению с изощренным в высшей степени экспрессивно-эмоциональным панегирическим стилем «плетения словес» Епифания стиль П., третьего (после митрополита Киприана и Епифания) видного представителя этого стилистического направления в агиографии, несколько более умерен и безлично официален. П. значительно сократил пространное произведение Епифания, в том числе удалил места, позволяющие судить об антимосковском настроении автора, пополнил Житие цитатами из Священного писания, из византийских агиографических произведений, а также из Жития митрополита Петра, написанного митрополитом Киприаном. П. переделывал Житие Сергия не однажды; разные исследователи насчитывают разное число принадлежащих ему редакций – от двух (В. О. Ключевский) до семи (В. Яблонский). Есть также точка зрения (В. П. Зубов), что ни Епифаниев, ни Пахомиев первоначальный вид текста Жития не дошли до нас целиком, но только – в виде инкрустаций в составе множества позднейших переработок, начиная с переработок самого П. Эти переработки были обусловлены, полагают, с одной стороны, различными практическими целями и потребностями, а с другой – цензурными соображениями в связи с такими политическими событиями, как борьба великого князя Василия Васильевича в 40-х гг. XV в. с Дмитрием Шемякой, Флорентийский собор (1438–1439 гг.), где была заключена уния церквей, падение Константинополя под власть турок (1453 г.) и приобретение московскими митрополитами независимости от константинопольского патриарха. Древнейший список редакции П. (ГИМ, Синод. собр., № 637) датируется 1459 г., последним годом первого периода пребывания П. в Троице-Сергиевой лавре. Написанное П. в тот же период Житие Никона Радонежского, умершего незадолго перед этим (1427 г.), судя по всему, не имело произведения-предшественника и написано только на основании собранных самим автором устных рассказов «еще в теле обретавшихся тояже обители иноков, свидетелей известных», в первую очередь Игнатия. Это Житие представляет большую ценность как исторический источник: в нем говорится, в частности, о том, как пострадал монастырь при нашествии Едигея, о строительстве Никоном церкви в лавре над гробом Сергия и ее росписи, способной «всех зрящих удивити», выполненной приглашенными им живописцами Даниилом Черным и Андреем Рублевым; при этом П. заодно сообщает, что, исполнив заказ игумена Никона и расписав после этого только церковь Спаса в Московском Андрониковом монастыре, художники вскоре затем один за другим умерли (это обнаруживает прозорливость Никона, поторопившегося их пригласить). Житие имеет две редакции – пространную и краткую; в краткой авторство П. указано. Согласно В. Яблонскому, лучший список пространной редакции – ГПБ, F.I.278, XVI в. (по которому оно им и издано), краткой – ГПБ, Соф. собр., № 1384, 1490 г. Житие митрополита Алексея было создано П. в 1459 г. по воле великого князя Василия Васильевича и по благословению митрополита Ионы, установившего всецерковное празднование памяти героя этого Жития. Источниками П. послужили как устные рассказы очевидцев и слухи, так и «писаниа архимандрита Питирима, иже последи бысть Перми епископ». Как пишет П., Питирим «нечто мало о святом списа и канон тому, и хвалу изложи, слышав известно о его житии, паче же и от самех чудес, бывающих от ракы богоносного отца, прочая же не поспе, времени тако зовущу». Питирим, создававший этот богослужебный комплекс произведений после обретения в 1431 г. мощей митрополита Алексея, по-видимому, воспользовался как главным источником для составления «чтения», или краткой «памяти», о святом (после 6-й песни канона) летописным рассказом «О Алексеи митрополите», находящимся в Летописце Рогожском, Летописи Симеоновской и читавшимся в Летописи Троицкой. Распространяя, по сути дела, этот рассказ, П. воспользовался и другими летописными данными, а также Житием Сергия Радонежского и написанным им же ранее, очевидно, одновременно со службой, Словом на обретение мощей митрополита Алексея. Это Житие тоже имеет ряд редакций, созданных самим П. Старшая из них дошла до нас в рукописи 70-х гг. XV в. (ГИМ, Синод. собр., № 948; по словам В. А. Кучкина, автограф П.). Сохранились и другие списки этого Жития, принадлежащие XV в. (например, ГПБ, Солов. собр., № 518). Издано ОЛДП, Н. Шляковым, В. А. Кучкиным. Житие новгородского архиепископа Евфимия II П. написал по просьбе его друга и преемника владыки Ионы. В данном случае П. не пользовался письменными источниками, но опирался на собственные воспоминания и рассказы других знавших Евфимия людей. Помимо обычных для житий П. кратких сведений о родителях и детстве святого здесь содержатся ценные данные о возникновении Вяжищского монастыря, о появлении в Новгороде у архиепископов (при архиепископе Симеоне) иноков-казначеев (прежде казначеями были миряне), поставлении Евфимия в архиепископы в Смоленске «рукою преосвященнаго Герасима», литовского православного митрополита (1433–1435 гг.), носившего, как мы узнаем из Жития, титул «Киевского и всея Росии»; об обыкновениях и строительной деятельности Евфимия, о его предсмертном послании в Москву к митрополиту Ионе, и др. Любопытно, что большинство посмертных чудес, которыми, как обычно, завершается Житие, оказываются исцелениями больных «студеной болезнью», или «трясавицей». Житие сохранилось в не очень большом числе списков XVI–XVII вв. Издано в ПЛ и «Новгородских епархиальных ведомостях». Другим Житием, написанным П. впервые по словам «самовидцев», а не путем редактирования или дополнения чужих произведений, является Житие Кирилла Белозерского. Единственным письменным источником послужила в данном случае духовная грамота Кирилла, включенная в Житие с некоторыми пропусками и поправками (она дошла до нас и в подлиннике). Главными же информаторами автора, собиравшего сведения о Кирилле в самом Кирилло-Белозерском монастыре, были тогдашний игумен монастыря Кассиан (1448–1469 гг.) и Мартиниан, ученики Кирилла. Это Житие, состоящее из более чем сорока рассказов, рисующих духовный облик основателя монастыря, представляет собой самое большое из произведений П. и – несмотря на неизбежную для этого жанра стилизацию и типизацию лиц и событий – самое насыщенное конкретными историческими сведениями, обстоятельствами и именами. Здесь гораздо подробней, чем в других житиях, говорится о молодости святого, о периодах его жизни, об окружавших его людях (его родственнике-воспитателе Тимофее Васильевиче Вельяминове, жене того Ирине, Стефане Махрищском, Сергии Радонежском, Феодоре Симоновском, Михаиле Смоленском, Ферапонте Белозерской и др.). Некоторые исследователи (В. О. Ключевский, А. И. Копанев) указывают на то, что П. умолчал о земельных приобретениях Кирилла и выразил его устами нестяжательские взгляды на право монастырей владеть селами. Существуют две редакции произведения, одна несколько более пространна по стилю и полнее по составу, чем другая. Пространная редакция была закончена П. после марта 1462 г. (смерть великого князя Василия Васильевича) и до 13 мая того же года (хиротония в ростовского архиепископа третьего преемника Кирилла игумена Трифона), возможно, уже по возвращении П. в Троице-Сергиеву лавру. Древнейший сохранившийся список ее сделан там рукой некоего Паисия (Ярославова?) не позже 1474 г. (ГБЛ, собр. Тр.-Серг. лавры, № 764). Вторая редакция, представляющая собой механическое сокращение первой, появилась, по всей вероятности, под пером самого П., действовавшего в литургических целях, не позже 1474–1475 гг. Кроме того, известно краткое проложное Житие Кирилла, составленное, по-видимому, на основании пространной редакции П. вскоре после ее появления и имеющее черты оригинальности; сохранился его список, сделанный в Кирилло-Белозерском монастыре в кон. XV – нач. XVI в. рукой Гурия Тушина (ГПБ, Кир.-Белоз. собр., № 142/1219, л. 265–274). В 1615 г. на основании Жития Кирилла Белозерского П. Иоасафом была создана еще одна его редакция. Житие Саввы Вишерского, который умер в 1460 г., было написано П. «повелениемъ и благословением» новгородского архиепископа Ионы между 1464 и 1472 гг.: в 1464 г. основу этого Жития создал преемник Саввы в управлении монастырем священноинок Геласий, а в написанном в 1472 г. Житии Ионы Новгородского Житие Саввы упоминается. Это произведение П. несравнимо более бедно фактами, чем Житие Кирилла. Списки его немногочисленны, древнейшие датируются XV в. (ГИБ, Q.I.999). Издано в «Новгородских епархиальных ведомостях». В XVI в. Житие пополнилось пятью чудесами, в XVII в. – сведениями из родословной книги о роде Бороздиных, которому принадлежал Савва. Из известных пяти редакций Жития князя Михаила Черниговского и его боярина Феодора, убитых в Орде, П. принадлежит третья. Она опирается на вторую, принадлежащую некоему отцу Андрею или епископу Иоанну. П. перифразировал и несколько распространил эту редакцию, из фактических данных добавив к ее началу лишь известие об умерщвлении князем Михаилом в Киеве послов хана Батыя, а к концу приложив Повесть «Об убиении злочестивого царя Батыя» в Венгрии, основанную на народной южнославянской песне о Батые. Это было сделано П. до 1473 г., так как в жизнеописании ярославского князя Феодора, написанном в 1473 г., заметно знание Повести об убиении Батыя (см. Антоний, иеромонах Спасо-Преображенского монастыря). Списков Жития сохранилось много, древнейшие – XV в. (ГПБ, Солов. собр., № 518, 1494 г., л. 296; ГПБ, Q.I.999, л. 45 об.). Издано в ВМЧ. По Житию новгородского архиепископа Моисея (ум. 1363 г.) устанавливается, что его автор, П., был жив еще в 1484 г., так как там говорится о случившемся в это время чуде с архиепископом Сергием, поставленным в Новгород из Москвы. Житие это составлено из отрывочных известий и преданий, в основе его лежит летописное сказание о Моисее, которое распространено риторикой и рассказами о чудесах. П. принадлежат, вероятно, две редакции – пространная, известная по двум поздним спискам (XVII–XVIII вв.), и краткая, известная по десяти спискам (начиная с XVI в.). Краткая содержит известие, повторенное в Похвальном слове Моисею, о его борьбе против ереси стригольников, что позволяет думать о их появлении в Новгороде до 1359 г., когда он перестал быть архиепископом (летопись впервые говорит о стригольниках лишь под 1376 г.). Житие Моисея издано в ПЛ. Существуют и другие, более поздние переработки этого Жития. Житие Иоанна Новгородского (ум. 1185 г.) – предположительно усвояемый П. памятник. О принадлежности его П. свидетельствуют только один или два списка XVII в., в остальных имени П. нет. Несколько необычен для П. общий план этого Жития, распадающегося на три самостоятельных «слова». В первой части-«слове» после риторического вступления сначала, как обычно, говорится о родителях и основных событиях жизни святого, а затем идет рассказ о чуде от иконы Знамение Богородицы во время битвы суздальцев с новгородцами в 1170 г.; завершается эта часть сведениями о строительной деятельности архиепископа Иоанна. Вторая часть-«слово», вполне самостоятельное произведение, представляет собой рассказ о путешествии Иоанна на бесе в Иерусалим, мести беса и оправдании архиепископа; этот рассказ заканчивается сообщением о смерти и погребении Иоанна. О возникновении его в 70-е гг. XV в., в последние дни воли новгородской, позволяют думать слова в предсмертном поучении Иоанна новгородцам: «И князя бойтеся еже о благочестии православнаго, яко бога... За иноворнаго же и нечестиваго князя не предавайтеся». В третьем «слове» говорится о нечаянном (камень упал и разбил надгробную плиту) обретении мощей архиепископа Иоанна в 1440 г. при архиепископе Евфимии II. По мнению исследователей, и эта часть Жития возникла в письменном виде в 70-х гг. XV в., не раньше других. Если П. и приложил руку к созданию состоящей из этих трех частей Основной редакции Жития Иоанна, то лишь как скромный собиратель и оформитель уже существовавших рассказов, письменных и устных. Древнейший список Жития датируется XV в. (ГПБ, Солов. собр., № 617/500). Издано в ВМЧ, «Изборнике» (фрагмент), ПЛДР (фрагменты). Оно подвергалось переработкам и в дальнейшем. Сомнения существуют также относительно Жития новгородского архиепископа Ионы, заказчика ряда работ П. С одной стороны, сам П. в Слове о перенесении мощей митрополита Петра как будто обещает описать посмертные чудеса архиепископа, а в Житии довольно много говорится об отношениях Ионы как заказчика к «Пахомию Сербину, от Святыя горы пришелцу», – что он одаривал его «множеством сребра, куны же и соболми», прося «житие с похвалным словом и канон преподобному Варламу списати, еще же и великому Ануфрию, такоже последование бдению списати повеле, ...повеле же каноны и жития списати и еще блаженныя княгини Олги, ...и преподобному Саве, ...и преж его бывшему архиепископу блаженному Еуфимию, не пощадев имения множество истощевати...», просил написать и службу с каноном недавно скончавшемуся (1461 г.) московскому митрополиту Ионе, а кроме того, «много же понуждаше Пахомиа Иона, утешая его златом и соболми, да спишеть ему и еще канон преподобному Сергию...» («Пахомие же не рачи послушати архиепископа, но готовяшеся сам ити в Московскиа страны»). Автор обнаруживает хорошее знание творчества П., отмечая наличие и смысл акростиха в каноне митрополиту Ионе («...назнамена в краех тропарем, яко повелением архиепископа Ионы списа каноны митрополиту Ионе...»). Здесь сообщается также, что Иона просил П. написать Житие Михаила Клопского и канон ему и другим почитаемым им людям, но «не возможе его принудити писати». Все это говорит как будто в пользу авторства П. Но, с другой стороны, все три известные редакции этого Жития возникли, как считают (В. О. Ключевский, В. Яблонский), после соборов 1547–1548 гг. Замечают также, что известные каноны и жития княгини Ольги по всем признакам не принадлежат П. Несомненно, однако же, что в основе известных редакций Жития Ионы Новгородского лежит произведение современника, о чем свидетельствуют такие, например, конкретные детали повествования, как известия о невыполненных П. заказах архиепископа, о том, что, когда Иона состарился, «нозе ему тажестне быша зело», что, «и второму лету уже исходящу по успении его», он так и не засмердел. По последнему из этих сообщений и заключают, что написано оно в 1472 г. Помимо данных о самом Ионе Новгородском это Житие содержит много сведений о политических и церковно-политических отношениях на протяжении XV в. Новгорода, Литвы, Москвы, Орды. В частности, здесь говорится о пророчестве и молитвах Ионы об освобождении Руси при великом князе Иване III от власти ордынских царей. Издано в ПЛДР. В своей книге В. Яблонский указывает большое число других сомнительных по принадлежности П. и ложно приписанных ему литературных памятников; в числе последних – Степенная книга, Хронограф Русский и Общерусский летописный свод. Как переводчик с греческого языка, каковой как святогорец он должен был знать, П. известен по так называемому Пророчеству о судьбах «Семихолмного», полное название которого такое: «Стиси хризизмии. Надписание, начертано от некиих святых прозорливых отец, изображено еллинска художьства знамении и на мармори ископано над гробом Костянтина, пръваг царя христианскаго, во граде Никомидийстем. Преведеся на рускый язык от священноинока Пахомиа Святыя горы». Текст издан А. И. Яцимирским. Автографами П. являются, по-видимому, рукописи: ГБЛ, собр. Тр.-Серг. лавры, № 180, Симеон Новый Богослов, 1443 г. (запись на л. 103: «Многогрешного и последнего Пахомие в лето 6951») и в той же рукописной книге – Палея, 1445 г. (запись на л. 355 об.: «В лето 6953, круг луны 17»); собр. МДА, № 23, Псалтирь, 1459 г. (запись на л. 225); собр. Тр.-Серг. лавры, № 116, Апостол толковый, XV в. (на л. 167 запись писца: «Мо(на)х Пахомио»), в числе приложений к Деяниям апостолов и их толкованиям в этой рукописи находятся сочинения П.: «Житие и жизнь Сергия Радонежского, съписася от священноинока Пахомиа Святыя Горы» (л. 355–397), Служба Сергию Радонежскому (причем на поле л. 401 об. отмечено: «Творение священноинока Пахомиа») (л. 397 об.–412), «Паметь преподобнаго отца нашего Сергия» (л. 412–415), Житие Никона Радонежского (л. 415–421); и, возможно, ГИМ, Синод. собр., № 948, сборник, 70-е гг. XV в., л. 4–175, где тоже содержится ряд произведений П. (л. 118 об.–175). Изд.: ПЛ. 1862. Вып. 4. С. 10–26, 27–35; ВМЧ. Сент., дни 1–13. СПб., 1868. Стб. 327–347; дни 14–24. СПб., 1869. Стб. 1298–1308; Окт., дни 1–3. СПб., 1870. Стб. 17–23, 26–38; Нояб., дни 1–12. СПб., 1897. Стб. 198–222; Житие митрополита всея Руси святаго Алексия, составленное Пахомием Логофетом. СПб., 1877–1878. Вып. 1–2 (ОЛДП. № 57); Житие Варлаама Хутынского в двух списках. СПб., 1881. С. 1–97 (ОЛДП. № 41); Тихонравов Н. Древние жития преподобного Сергия Радонежского. М., 1892. Отд. 2; Минея. СПб., 1895. Сент. Л. 172 об.–180, 212 об.–225; Окт. Л. 15 об.–20; Нояб. Л. 39 об.–47, 125–131, 255 об.–274; Февр. Л. 109 об.–120; Март. Л. 50–55; Апр. Л. 104–112; Июнь. Л. 44 об.–52, 81 об.–90, 140 об.–147; Июль. Л. 158–163; Авг. Л. 195 об.–204; Святые подвижники и угодники новгородские // Новгородские епархиальные ведомости. 1897. Т. 2, № 7, часть неофиц. С. 501–515; 1899. Т. 2, № 7, часть неофиц. С. 449–460; Яцимирский А. Мелкие тексты и заметки по старинной славянской и русской литературе. XI //ИОРЯС. 1906. Т. 11, кн. 2. С. 295–296; Яблонский В. Пахомий Серб и его агиографические писания. СПб., 1908; Шляков Н. Житие святого Алексея митрополита московского в Пахомиевой редакции // ИОРЯС. 1914. Т. 19, кн. 3. С. 85–152; Кучкин В. А. Из литературного наследия Пахомия Серба: (Старшая редакция жития митрополита Алексея) // Источники и историография славянского средневековья. М., 1967. С. 242–257; Изборник (Сборник произведений литературы Древней Руси). М., 1969. С. 404–413; ПЛДР. XIV – середина XV века. М., 1981. С. 448–463; Вторая половина XV века. М., 1982. С. 350–375. Лит.: Евгений [Болховитинов]. Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина греко-российской церкви. 2-е изд. СПб., 1827. Т. 2. С. 154–155; Ключевский. Древнерусские жития. С. 113–167; Влияние Сербии и Афона на русскую литературу в XIV и XV веках: Отрывок из исследования о Пахомии Сербе, писателе XV в. // Заря. 1871. № 5; Некрасов И. Пахомий Серб, писатель XV века. Одесса, 1871; Петров Н. И. Исторический взгляд на взаимные отношения между сербами и русскими в образовании и литературе. Речь, произнесенная в торжественном собрании Киевской духовной академии 28 сентября 1876 г. Киев, 1876; Строев. Словарь. С. 225–234; Филарет. Обзор. С. 112–113; Макарий [Булгаков]. История русской церкви. СПб., 1891. Т. 7. С. 161; Шахматов А. А. К вопросу о происхождении хронографа. СПб., 1899; Кадлубовский А. Очерки по истории древнерусской литературы житий, святых. Варшава, 1902. С. 171–188; Никольский Н. К. К вопросу о Пахомий Сербе. Замечания на магистерском коллоквиуме 23 ноября 1908 года. СПб., 1908; Серебрянский. Княжеские жития. С. 119–141; История русской литературы. М.; Л., 1945. Т. 2, ч. 1. С. 238–240; Спасский Ф. Г. Русское литургическое творчество. Париж, 1951. С. 101–131; Зубов В. П. Епифаний Премудрый и Пахомий Серб: (К вопросу о редакциях «Жития Сергия Радонежского») // ТОДРЛ. М.; Л., 1953. Т. 9. С. 145–158; Čiževskij D. History of Russian Literature. From the Eleventh Century to the End of the Baroque. Hague, 1962. P. 180–184; Гудзий Н. К. История древней русской литературы. М., 1968. С. 248–254; Орлов Г. Пахомиjе Србин и његова књижевна делатност у Великом Новгороду // Прилози за књижевност, jезик, историjу и фолклор. Београд. 1970. Књ. 36. Св. 3–4. С. 214–239; Истоки русской беллетристики. Л., 1970. С. 209–232; Дмитриев Л. А. Житийные повести русского Севера как памятники литературы XIII–XVII вв. Л., 1973. С. 13–184; История русской литературы X–XVII веков. М., 1980, С. 220–222; История русской литературы. Т. 1. Древнерусская литература. Литература XVIII века. Л., 1980. С. 162–163.
Г. М. Прохоров

Словарь книжников и книжности Древней Руси.

Смотреть что такое "Пахомий Серб \(Логофет\)" в других словарях:

  • ПАХОМИЙ СЕРБ — по прозвищу Логофет (греч. logotetns логофет, словоположник) (ум. ранее 1484), писатель ср. век. Руси. Монах одного из афонских монастырей. Приехал на Русь до 1438 в Новгород Великий. В 1440 43 в Троице Сергиевом монастыре работал над житием… …   Советская историческая энциклопедия

  • Пахомий Логофет (Пахомий Серб) — (? — 1480 е гг.), русский писатель агиограф (жития, в том числе Кирилла Белозерского и Варлаама Хутынского — переработка); виртуоз экспрессивно эмоционального, орнаментального стиля «плетения словес» …   Большой Энциклопедический словарь

  • Пахомий Логофет — известный агиограф, родом серб, инок Афонской горы. Появился в Москве около 1440 года; около 20 лет провел в Троицкой лавре, где работал над составлением житий и списыванием книг. Эти занятия составили ему славу выдающегося стилиста, и около 1470 …   Биографический словарь

  • Пахомий Логофет —         Пахомий Серб (гг. рождения и смерти неизвестны), учёный монах, писатель агиограф 15 в. Серб по происхождению. Прибыл с Афона на Русь между 1429 и 1438. Составитель первоначальной редакции Русского хронографа. Автор житий московского и… …   Большая советская энциклопедия

  • ПАХОМИЙ ЛОГОФЕТ — (Пахомий Серб) (? 1480 е гг.) русский писатель агиограф (жития Кирилла Белозерского и Варлаама Хутынского, основателя Хутынского монастыря); виртуоз орнаментального стиля плетения словес …   Большой Энциклопедический словарь

  • Пахомий Логофет — писатель XV века. Почти не сохранилось никаких сведений о жизни этого замечательного деятеля русской литературы XV века; дошедшие известия отрывочны, неясны, нередко противоречивы. Несомненно только, что он был родом серб ("сербин", как …   Большая биографическая энциклопедия

  • Пахомий Логофет — В Википедии есть статьи о других людях с именем Пахомий. Пахомий Логофет (Серб) Пахомије Логофет (Србин) Место рождения: Сербия Дата смерти: 1484 год(1484) Место смерти …   Википедия

  • Пахомий Логофет — Пахомий Серб (?  1480 е гг.), русский писатель агиограф, монах. Выходец из Сербии. Жития Кирилла Белозерского и Варлаама Хутынского, основателя Хутынского монастыря; виртуоз орнаментального стиля «плетения словес». * * * ПАХОМИЙ ЛОГОФЕТ ПАХОМИЙ… …   Энциклопедический словарь

  • ПАХОМИЙ ЛОГОФЕТ — ПАХОМИЙ ЛОГОФЕТ, Пахомий Серб (? — вероятно, 1480 е гг.), русский писатель, монах. Выходец из Сербии. Приехал на Русь с Афона между 1429—38. Жития святых: Никона Радонежского (2 редакции, 1440—1459), Евфимия, архиепископа… …   Литературный энциклопедический словарь

  • Пахомий Логофет — известный агиограф, родом серб, инок Афонской горы. Появился в Москве около 1440 г.; около 20 лет провел в Троицкой лавре, где работал над составлением житий и списыванием книг. Эти занятия составили ему славу выдающегося стилиста, и около 1470 г …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»